Политическая программа · Курс 7 из 9

Постколониальная политическая философия – моралистическая демагогия или новый взгляд на общество и государство?

Илья Кукулин 6 встреч 00.00.2026 — 00.00.2026 Онлайн

Бесплатный вебинар
12 октября · 20:00 МСК

Постколониальная теория сегодня: возможности и границы

Среди современных интеллектуалов постколониальная политическая философия, бурно развивавшаяся в 1970–2010-е годы, имеет довольно спорную репутацию.

Одни считают

Современная эпоха — это период новой волны крушения империй, «последняя битва» между непривилегированными народами и группами и империями-Левиафанами. В этой ситуации необходим новый импульс для развития постколониальной теории, которая призвана объяснять правоту тех, кто сегодня угнетён или лишён возможностей политического действия.

Другие полагают

Современные версии постколониальной и деколониальной риторики превратились в моралистическую идеологию, способную оправдывать национализм, политическое насилие и даже антисемитизм.

О курсе

Я считаю, что развитие постколониальной политической философии сегодня совершенно необходимо — иначе бы не взялся читать этот курс, — но и страхи второй группы имеют под собой основания. В этом курсе я постараюсь показать, как анализ колониального и постколониального опыта — и тех, кто был колонизатором, и тех, кто был колонизированным, — позволяет заново понять такие ключевые и восходящие к античности понятия политической философии, как государство, суверенитет, гражданство и другие, и почему результаты этого анализа так часто оказываются вульгаризированными и используются для построения националистических идеологий.

Программа курса

6 встреч

01 Универсализм и границы человеческого

Границы политического сообщества и «цивилизованного» человечества на протяжении европейской истории часто определялись через фигуру Другого: в античности — прежде всего «Варвара», позднее — ещё и «Дикаря». Сегодня это разделение на «цивилизацию» и «варварство» неявным образом стоит за спорами о том, какие страны можно считать европейскими, а какие — нет.

Однако в число этих Других, исключённых из обществ Запада, входили и евреи. Истории эмансипации евреев и колонизированных народов позволяют сопоставить разные способы расширения границ гражданства и универсального равенства — при всех существенных различиях между этими процессами.

02 Универсализм против империи: гражданство, аболиционизм и национальное самоопределение

Европейская колониальная экспансия с раннего Нового времени сталкивалась с критикой, которая опиралась на разные версии христианского универсализма, естественного права и, позднее, просветительских представлений о свободе и равенстве. В XVIII–XIX веках религиозные аргументы и секулярные теории естественных и универсальных прав стали основанием для движений за отмену рабства.

В это же время развивается идея современной нации, «домом» которой должно быть независимое государство. Революции в Латинской Америке и Европе способствовали распространению представлений о том, что создание собственного государства является важнейшим путём борьбы с колониальным подавлением личности и культуры.

03 Расщеплённый субъект: двойное сознание, объективация и насилие

С начала ХХ века мыслители, такие как Уильям Дюбуа или Франц Фанон, описывали и колонизированных субъектов, и представителей стигматизированных меньшинств как людей внутренне раздвоенных, словно бы одновременно смотрящих на себя изнутри и со стороны. У Дюбуа это «двойное сознание» возникает из необходимости видеть себя одновременно собственными глазами и глазами общества, которое тебя обесценивает; позднее Фанон радикализирует этот анализ, используя в том числе психоаналитический язык.

Причины внутренней раздвоенности оказываются поэтому не только психологическими, но прежде всего социальными, культурными и политическими. Мы попробуем проанализировать, какие предлагались рецепты для преодоления этого «двойного» состояния и были ли исследователи, которые считали такое состояние неизбежным.

04 Кто имеет право представлять Другого? Ориентализм, субалтерность, гибридность

Важнейшим элементом имперского господства является контроль над тем, как описываются Другие и как эти Другие должны понимать самих себя. Эдвард Саид в своей книге «Ориентализм» показал, как научные, административные и литературные описания «Востока» были вплетены в отношения знания и власти. Он полагал, что европейские колонизаторы использовали гуманитарные и социальные науки для того, чтобы контролировать «Восток» и очень избирательно анализировать отдельные аспекты жизни «восточных стран».

Его критики Роберт Ирвин и Дэниэл Вариско утверждали, что взгляд Саида был сверхобобщающим и игнорировал многие важнейшие сюжеты истории науки, но поставленные Саидом проблемы и сегодня остаются предметом напряжённой дискуссии.

Гаятри Спивак поставила вопрос о том, может ли колониальный субъект — «субалтерн» — быть услышанным или услышанной в институтах и дискурсах, которые заранее определяют формы его или её репрезентации. Хоми К. Баба проанализировал, как в новых независимых государствах конструируются сверхобобщённые нарративы «единой нации» и как этому противостоять. Мы обсудим, насколько все эти концепции применимы сегодня и каковы границы их применимости.

05 «Коренные» и «некоренные» народы: гражданство, признание и отказ от признания

Одно из самых спорных и обсуждаемых понятий в постколониальной теории — поселенческий колониализм. Его обычно определяют как такую форму колониализма, при которой переселенцы не просто управляют территорией или эксплуатируют её из метрополии, а создают на ней постоянное общество, вытесняя, подчиняя или ассимилируя коренное население. В результате спустя поколения на одной территории сосуществуют коренные народы и потомки поселенцев, для которых эта страна также стала родиной.

Сегодня в таких странах — а к ним можно отнести и Австралию, и Новую Зеландию, и некоторые страны Латинской Америки — ведутся многолетние тяжёлые споры о ситуации коренных народов: от прав на земельные угодья до происходившего в прошлом массового отрыва детей коренных народов от их семей и дальнейшего «перевоспитания».

У аналитиков обсуждение такого травматического опыта порождает целый спектр реакций — от обращённых к «белым» требований материального возмещения и признания исторической ответственности до разработки практик солидарности и примирения разных общин. Ситуация ещё усложняется тем, что в европейской культурной традиции осмысление ситуации коренных народов может испытывать влияние архаического дискурса «благородного дикаря».

В ситуации публичных споров о правах коренных народов понятия либерализма, гражданства, индивидуальных и коллективных прав должны быть продуманы заново — и я надеюсь обсудить, по каким путям может пойти такое переосмысление.

06 «Провинциализация Европы» и децентрализация империй

Современные исследователи уделяют всё большее внимание тому, почему пути постколониальных обществ оказываются столь различными. Например, Дэн Слейтер показал, как в некоторых странах Юго-Восточной Азии страх перед массовой мобилизацией, насилием и распадом общественного порядка побуждал разнородные социальные группы заключать так называемые «пакты о защите» и поддерживать авторитарные режимы.

Изучая эти общества, мы сталкиваемся с познавательным противоречием, которое философы называют апорией. С одной стороны, необходимо признать, что европейский опыт не может считаться нормативным для других стран, потому что иначе нам придётся делить страны и народы, как это делалось прежде, на «передовые» и «отсталые», а тем самым субъективно приписывать им привилегированное или, наоборот, «заднескамеечное» место на воображаемой шкале прогресса.

С другой стороны, утверждение о ценностном равноправии «множественных модерностей» может использоваться для оправдания репрессивных режимов ссылками на их колониальное прошлое и «культурные особенности» соответствующих обществ.

Разрешением апории может стать новое понимание универсализма, включающее в себя необходимость взаимного признания, представление о всеобщности индивидуального достоинства, а также борьбу против эссенциализма — представления о том, что тем или иным народам и культурам якобы присущи «общие» и «неизменные» качества. Мы обсудим, кто, как и в каких контекстах сегодня говорит о новом универсализме.

На курсе вы узнаете

01

О том, что у постколониальной политической философии очень долгая предыстория, восходящая к античности.

02

О том, как и почему важно внимательно читать тексты постколониальных политических философов.

03

О том, как применять их подходы к анализу современных политических и культурных конфликтов.

04

О том, насколько нынешние проблемы постколониальных государств можно считать последствиями их колониального статуса.

05

О том, чем отличаются и как связаны антиколониальная мысль, постколониальная теория и современные исследования постколониальных обществ.

06

О том, как отделить популистскую политическую риторику от реальных открытий постколониальных теоретиков.

Бесплатная вступительная лекция

12 октября · 20:00 МСК

Постколониальная теория сегодня: возможности и границы

Илья Кукулин

Зарегистрироваться бесплатно

В форме можно выбрать и другие бесплатные вебинары программы.

Курсу будет предпослана вступительная лекция, где я надеюсь показать продуктивность постколониальной политической теории для анализа нескольких современных кейсов. Среди них — кризис с беженцами в Сеуте, новая волна антисемитизма в Европе и некоторые другие.

Илья Кукулин

Социолог и историк культуры, кандидат филологических наук, с 1 октября – стипендиат Института высших исследований Центрально-Европейского университета в Будапеште.

Фото: Александра Кукулина

Единая образовательная программа

Курс входит в Политическую программу Symposion

Девять курсов · восемь лекторов · два семестра

Курс отдельно не продаётся.

Стоимость всей программы 00 000 ₽ / 000 €

Рассрочка 00 платежей по 00 000 ₽

Записаться на Политическую программу Посмотреть всю программу →