Некоторые из представленных авторов хорошо известны, другие долго оставались в тени или не дождались признания, — но каждый из них относился к литературе как к эксперименту— с повествовательными стратегиями, временными структурами, личностными границами, точками зрения. Эти формальные эксперименты нередко становились реакцией на исторические и социальные вызовы и оказывались востребованы в условиях неподцензурной литературы «закрытого общества» (1950–1980-е годы), радикальной смены культурных парадигм (1980–2000-е годы) и глобализированной (медиа)реальности (2000–2010-е годы). В отличие от романа, стремящегося к целостности и телеологии, рассказ фиксирует момент, ситуацию, локальный опыт, часто не поддающийся включению в линейный исторический нарратив. Мы увидим, как новейшая литература формировалась из неподцензурной советской традиции, а также как она работает с культурными сюжетами и опытом отдельно взятого человека в исторических обстоятельствах.